Еще месяц назад 24-летнего Леопольда Ашенбреннера называли новой суперзвездой Уолл-стрит. Его хедж-фонд Situational Awareness показывал одну из самых высоких доходностей в мире — более 400% с начала года. Инвесторы несли ему миллиарды долларов, а состояние фонда выросло до более чем $20 млрд.
Однако в конце июля всё изменилось буквально за несколько дней. Фонд потерял 67% стоимости за один месяц, банки начали требовать дополнительное обеспечение по кредитам, инвесторы пытались связаться с управляющим, а в ночь на 30 июля Ашенбреннеру пришлось договариваться с миллиардером Кеном Гриффином о срочной продаже большей части своего портфеля.
Кто такой Леопольд Ашенбреннер
Ашенбреннер родился в Германии. В 2021 году окончил Колумбийский университет в 19 лет с отличием, успел поработать в FTX Future Fund (благотворительном подразделении криптоимперии Сэма Бэнкмана-Фрида), затем попал в OpenAI, где занимался вопросами безопасности сверхмощного искусственного интеллекта в команде Superalignment Ильи Суцкевера.
В 2024 году Ашенбреннера уволили из OpenAI после обвинений в утечке внутренней информации (которую он отрицает). Однако именно после увольнения он стал знаменитым.
Эссе, которое сделало его звездой
В 2024 году Ашенбреннер опубликовал 165-страничное эссе Situational Awareness. В нем он утверждал, что человечество находится буквально в нескольких годах от создания AGI. Главная идея эссе была простой. Если AGI действительно появится уже в ближайшие годы, миру понадобятся огромные вычислительные мощности. А значит, больше всего выиграют компании, которые производят серверы, процессоры, память, системы хранения данных, оборудование для дата-центров, электричество.
Основные идеи эссе
- Развитие ИИ подчиняется предсказуемым трендам. Автор считает, что многие ошибочно воспринимают GPT-4 как разовый прорыв. На самом деле способности моделей растут почти линейно с увеличением вычислений, улучшением алгоритмов и способов использования моделей.
- К 2027 году модели смогут выполнять работу исследователей ИИ. Он прогнозирует, что следующий качественный скачок будет сопоставим с переходом от GPT-2 к GPT-4 и позволит моделям работать на уровне инженеров и ученых.
- После достижения AGI прогресс резко ускорится. Если ИИ начнет сам разрабатывать более совершенный ИИ, десятилетия исследований могут сжаться до одного года. Это и есть сценарий «интеллектуального взрыва».
- Главный ограничитель — не идеи, а инфраструктура. Следующая гонка — это строительство гигантских дата-центров, электростанций и производство сотен миллионов GPU. Автор ожидает инвестиции на триллионы долларов.
- Китай — центральный геополитический фактор. Ашенбреннер рассматривает разработку AGI как аналог ядерной гонки. По его мнению, США должны защитить свои модели от китайского шпионажа и сохранить технологическое лидерство.
- Безопасность лабораторий сейчас недостаточна. Он утверждает, что ведущие ИИ-компании защищены намного хуже, чем должны быть, учитывая стратегическую ценность их разработок.
- Контроль над сверхинтеллектом остается нерешенной задачей. Автор считает проблему с контролем реальной и потенциально угрожающей человечеству, хотя и решаемой.
- В какой-то момент разработка AGI перейдет под контроль государства. Он прогнозирует, что к 2027–2028 годам правительство США создаст нечто вроде нового «Манхэттенского проекта» для ИИ.
Именно они должны стать главными победителями новой технологической революции. Эссе стало вирусным в Кремниевой долине. А самого Ашенбреннера начали называть «Нострадамусом искусственного интеллекта».
После успеха эссе Ашенбреннер решил заработать на собственной теории. Он основал одноименный хедж-фонд Situational Awareness. Первые деньги ему дали известные предприниматели Кремниевой долины: бывший глава GitHub Нат Фридман, а также основатели Stripe Патрик и Джон Коллисоны.
Затем деньги начали приносить и другие инвесторы. Очень быстро фонд вырос до более чем $20 млрд.
Почему доходность оказалась настолько огромной
Ашенбреннер практически не диверсифицировал портфель. Вместо этого он сделал огромные ставки всего на несколько компаний, которые, по его мнению, должны были выиграть от бума искусственного интеллекта. Среди крупнейших вложений были:
- Bloom Energy
- Sandisk
- Intel
- Broadcom
- CoreWeave
Пока рынок рос, стратегия выглядела гениальной. К июню фонд показывал доходность 439%.
Но была одна проблема
Почти все эти инвестиции делались на заемные деньги банков. То есть Ашенбреннер инвестировал не только деньги клиентов. Он занимал миллиарды долларов у банков, чтобы покупать еще больше акций. Это так называемое кредитное плечо. Именно это позже едва не уничтожило фонд.
В июле акции многих технологических компаний начали резко дешеветь. Особенно сильно упали бумаги Bloom Energy и Sandisk. Некоторые потеряли около 40% всего за месяц. Из-за того, что фонд использовал огромное кредитное плечо, падение рынка оказалось для него катастрофическим.
Когда стоимость активов резко снижается, банк начинает опасаться, что заемщик больше не сможет вернуть кредит. Тогда он требует либо внести дополнительные деньги, либо продать часть активов. Это называется margin call. Именно это произошло с Situational Awareness. По данным Financial Times, один из банков даже внес фонд в специальный список наблюдения из-за слишком рискованной структуры его портфеля.
Последние дни фонда
24 июля Ашенбреннер еще пытался успокоить инвесторов. Он написал письмо, где рассказывал о невероятной доходности фонда. И одновременно осторожно предупредил: «Сейчас особенно важно помнить, что впереди возможна высокая волатильность».
Но буквально через несколько дней ситуация начала разваливаться. Ашенбреннер лично обзванивал инвесторов, пытаясь привлечь новые деньги. Разным инвесторам он предлагал разные условия. Один из собеседников Financial Times сказал: «Он предложил мне одну сделку, а другому инвестору — совершенно другую».
Затем он перестал отвечать на звонки. По словам инвесторов, к среде дозвониться до фонда стало невозможно. Сам Ашенбреннер в это время вел переговоры сразу с несколькими крупнейшими игроками Уолл-стрит: Citadel, Jane Street, Millennium. Все они рассматривали возможность купить его активы. Крупнейшим частным активом фонда была доля в Anthropic. По данным The Wall Street Journal, она составляла около пятой части активов фонда. Во время кризиса Ашенбреннер рассматривал возможность продать часть или весь пакет, а WSJ сообщила о готовившейся сделке примерно на $3,5 млрд, которая в итоге не состоялась.
Победил Кен Гриффин
В итоге именно Citadel миллиардера Кена Гриффина купил большую часть публичного портфеля фонда. Стоимость этих активов оценивают примерно в $16 млрд. Financial Times называет сделку одной из крупнейших и самых быстрых подобных операций в истории Уолл-стрит.
Несмотря на катастрофические потери, фонд не ликвидирован. После сделки у него остались часть публичных акций без использования кредитного плеча, доли в частных компаниях, включая значительную инвестицию в Anthropic. Кроме того, Ашенбреннер пообещал отказаться от использования заемных денег.
«Это были очень дорого обошедшиеся шрамы. Но мы извлечем из них уроки», — написал он инвесторам.