После того, как 18 июня США и Иран подписали Меморандум о взаимопонимании, который должен положить конец войне, его исполнение немедленно оказалось под вопросом, так как боевые столкновения в Ливане продолжились. Израиль стал заложником договоренностей, в достижении которых не участвовал, считая их угрозой для своей безопасности. Вне зависимости от исхода переговоров Израилю предстоит решить, как вести себя в ситуации, когда с главным союзником возникло противоречие в целях и интересах.
Бесконечные переговоры
21 июня в швейцарском городе Бюргенсток состоялась первая с апреля очная встреча между делегациями США и Ирана. Понадобилось два месяца, чтобы прийти к той же точке — началу переговоров об условиях, которые позволят превратить временное соглашение о прекращении огня в постоянное.
Благодаря посредникам, есть хотя бы основа для разговора — Меморандум о взаимопонимании. Он предполагает еще два месяца для согласования спорных вопросов. Гарантий успеха нет никаких — это, кажется, ясно всему миру. Президент США Дональд Трамп по-прежнему угрожает, что если Тегеран не будет действовать так, как рассчитывает Вашингтон, он вновь применит силу.
Переговоры не будут простыми и могут сорваться в любой момент. У Ирана и США по-прежнему много разногласий и разное видение ситуации. Но сейчас иранцы получили то, что казалось немыслимым два месяца назад, сразу после приостановки боевых действий, — обещание огромных финансовых преференций при минимуме обязательств. По крайней мере, так это выглядит на основе текста меморандума.
Иранцы получили то, что ранее казалось немыслимым, — обещание огромных финансовых преференций при минимуме обязательств
Изначально США хотели добиться от Ирана отказа от ядерной программы, баллистических ракет и поддержки региональных прокси, включая ливанскую «Хезболлу», хуситское движение «Ансар Аллах» и шиитские группировки в Ираке. Когда дипломатия провалилась, была применена сила. 28 февраля США вместе с Израилем атаковали Иран. Тогда же возникла идея, что военные действия ослабят режим аятолл и создадут условия для смены власти.
За почти полтора месяца войны, а также в ходе предыдущей военной кампании США и Израиля против Ирана в июне 2025 года были ликвидированы первые лица — верховный лидер Ирана Али Хаменеи, руководство Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и ополчения «Басидж» и еще более десятка значимых фигур политической и военной элиты страны. Был нанесен существенный ущерб иранской ядерной программе. Считается, что ее развитие замедлилось как минимум на несколько лет. Кроме того, уничтожено, по осторожным оценкам израильской разведки, около половины имевшихся у Ирана баллистических ракет и пусковых установок, выведены из строя производственные мощности.
Всё это безусловный военный успех. Однако он оказался не подкреплен политической и военной стратегией по ослаблению иранского режима. Напротив, пока президент Трамп работает скорее на его усиление и легитимизацию. Иранский режим устоял и рассчитывает, согласно Меморандуму, на отмену эмбарго на поставки нефти, постепенное снятие санкций и создание инвестиционного фонда объемом не менее $300 млрд. Нет никаких гарантий, что эти деньги не пойдут на восстановление военного потенциала Ирана и его региональных прокси.
Военный успех не был подкреплен политической и военной стратегией по ослаблению иранского режима
В администрации Трампа клянутся, что все бонусы Иран получит только в случае уступок на предстоящих 60-дневных переговорах, где должны детально обсуждаться его ядерная программа, будущее судоходства в Ормузском проливе (Тегеран настаивает на сборах с судов за услуги, Трамп обещает, что этого не будет) и другие спорные вопросы.
«Это соглашение предусматривает, что если иранцы прекратят поддерживать терроризм и возьмут на себя обязательства по долгосрочному режиму инспекций, который позволит нам с уверенностью заявить, что они никогда больше не получат ядерное оружие, то мы сможем снизить уровень санкций», — сказал вице-президент США Джей Ди Вэнс в интервью телеканалу CBN News перед встречей в Швейцарии.
Но глава МИД Ирана Аббас Аракчи по итогам первого дня переговоров сообщил: «Экспорт нефти и нефтехимии освобожден от пошлин, блокада снята, часть замороженных активов освобождена, и запущен крупный план реконструкции и развития для Ирана».
Безусловно, переговоры могут закончиться провалом, и финансовые потоки Ирану вновь перекроют. Но пока он в явном выигрыше. США и лично Трамп позволили Тегерану диктовать свои условия и практически безнаказанно шантажировать Вашингтон. Иранский режим может пережить многое, пока у США не будет рабочей стратегии и, главное, желания и настойчивости этот режим сменить.
Инструментом иранского шантажа стал Ормузский пролив, который КСИР то открывает, то объявляет закрытым — как это случилось перед самым началом переговоров в Швейцарии. А заложником иранского шантажа и одновременно козлом отпущения для Трампа стал Израиль.
Ливанский фактор
Подписанный США и Ираном меморандум прямо требует прекращения военных операций на всех фронтах, включая Ливан, и обязывает обеспечивать территориальную целостность и суверенитет этой страны. По итогам первого дня переговоров в Швейцарии было решено создать механизм предотвращения конфликтов при содействии посредников, чтобы обеспечить соблюдение прекращения военных действий в Ливане.
Израиль не упоминается ни в тексте меморандума, ни в качестве стороны, участвующей в создаваемом механизме. Нет там и «Хезболлы», с которой он воюет. Но если интересы «Хезболлы» может успешно представлять Иран, то интересы США отнюдь не равны интересам Израиля. И в итоге делегация Тегерана сидит за столом переговоров как равноправный партнер, тогда как Израиль получает косвенные указания от Вашингтона.
Делегация Тегерана сидит за столом переговоров как равноправный партнер, а Израиль получает косвенные указания от Вашингтона
Стоит помнить, что военные действия в Ливане начались 2 марта, когда «Хезболла» вступила в войну на стороне Ирана и атаковала еврейское государство. Израиль воспользовался ситуацией, чтобы довершить начатое еще в 2023–2024 годах, в ходе предыдущего раунда противостояния с «Хезболлой».
Была надежда, что ослабленный Иран потеряет возможность оказывать поддержку своему прокси, и группировку удастся существенно ослабить. Тем более, что действующие ливанские власти в лице президента и премьер-министра настроены против «Хезболлы» и были готовы при поддержке извне попытаться ограничить ее политическое влияние.
С октября 2023 года в ходе нескольких раундов противостояния с Израилем проиранская группировка потеряла значительную часть ракет большой дальности, тяжелых ракет и около трети бойцов и командиров. Обнаружены и уничтожаются километры туннелей, ведущих к израильской границе.
Но военная инфраструктура восстановима, особенно если Иран получит ресурсы для себя и союзников. Задача Израиля — не допустить повтора ситуации 2006 года. Тогда после второй ливано-израильской войны наступило длительное затишье, во время которого «Хезболла» нарастила свою мощь прямо у израильской границы.
Организация готовила план по проникновению на территорию еврейского государства, подобный тому, что палестинская группировка ХАМАС осуществила в октябре 2023 года, когда тысячи террористов устроили резню в израильских населенных пунктах.
Однако теперь ливанский вопрос оказался тесно связанным с Ираном. И существует угроза, что Тегеран этим не ограничится. Что может ему помешать диктовать условия касательно ситуации в секторе Газа и в целом по палестинскому вопросу? Да и не только Ирану.
И здесь важно помнить, кто стал посредником между Вашингтоном и Тегераном. На виду Катар и Пакистан, но за ними также стоят Турция и Саудовская Аравия. Они же активно работают по Ливану и сектору Газа вместе с другими региональными игроками. И даже ОАЭ, тесно сотрудничающие с Израилем, не будут на его стороне в вопросах, касающихся упомянутых конфликтов.
В дополнение резко активизировалась Сирия. Тот же Трамп придал ей значимый статус в будущем урегулировании в Ливане, заявив, что президент Ахмед аш-Шараа лучше справится с «Хезболлой», чем Израиль. Правда, в Дамаске дают понять, что не собираются вмешиваться в военные действия, но готовы посредничать.
Трамп заявил, что президент Ахмед аш-Шараа лучше справится с «Хезболлой», чем Израиль
В то же время, сирийцы говорят о возникновении большого числа экономических региональных проектов сотрудничества, которые свяжут регион через Сирию. Так что, может так случиться, что Израиль окажется за бортом этого процесса вместе со всеми планами Трампа по связыванию Азии и Европы через Ближний Восток в рамках «Соглашений Авраама» — серии договоров о нормализации отношений еврейского государства с мусульманскими странами.
Да, США пытались оторвать ливанский вопрос от Ирана, когда Тегеран требовал распространить прекращение огня на Ливан еще в апреле. Тогда Вашингтон инициировал ливано-израильские переговоры, чтобы прекращение огня стало результатом усилий правительств двух стран, а не Ирана и «Хезболлы». Из этого ничего не вышло. «Хезболла» отказывалась быть частью любых договоренностей с Израилем, если только речь не шла о выводе израильских военных из Ливана. В свою очередь, Израиль требовал гарантий разоружения «Хезболлы», на что группировка никогда не согласилась бы.
В итоге Иран сделал прекращение огня в Ливане залогом любых подвижек на переговорах с США. Американский президент недоволен таким поворотом событий и угрожает Тегерану. Однако мало кто верит, что он так легко откажется от сделки с Ираном, учитывая приближающиеся промежуточные выборы в Конгресс, которые критически важны для Трампа.
Война в Иране зашла на этом этапе в тупик и не несла больше никаких политических дивидендов для президента США, только потери, учитывая блокаду Ормузского пролива, рост цен на энергоносители и недовольство внутри страны. Согласно опросу Gallup, в начале июня лишь 34% американцев одобряли военные действия против Ирана.
Далеко ли разошлись интересы США и Израиля?
В Израиле с самого начала понимали, что война в Иране будет продолжаться ровно столько, насколько хватит терпения Трампа. Однако здесь не ждали столь выигрышного для Ирана меморандума, а также того, что израильского мнения никто не спросит.
За время второго президентского срока Трампа СМИ несколько раз сообщали об охлаждении между ним и Нетаньяху. Однако всякий раз напряжение падало, США и Израиль действовали в одном направлении. Сейчас личные интересы Трампа и Нетаньяху разошлись.
В Израиле этой осенью, как и в США, будут выборы. Конек Нетаньяху — безопасность. Но на фоне американо-иранских переговоров и заявлений Трампа, что должен или не должен делать Израиль, любые заявления о военных достижениях будут меркнуть.
Согласно опросу, проведенному с 17 по 20 июня Еврейским университетом в Иерусалиме в сотрудничестве с Институтом Агам, 92,1% израильтян считают, что Исламская Республика одержала победу. Опрос показал, что даже среди избирателей, поддерживающих правый блок во главе с Нетаньяху, такого мнения придерживаются 93,1%. Почти три четверти опрошенных, 72,5%, заявили, что не верят утверждению премьер-министра, что Израиль добился значительных успехов и устранил экзистенциальную угрозу.
92,1% израильтян считают, что победу в завершающейся войне одержал Иран
В то же время на 19 июня, согласно опросам, которые еженедельно публикует газета «Маарив», Нетаньяху по-прежнему набирал больше других кандидатов в ответе на вопрос, кто из израильских политиков больше подходит на должность премьер-министра. Правда, разрыв между ним и одним из его потенциальных соперников, Нафтали Беннетом, совсем небольшой — 43% против 41%. В то же время, согласно этому опросу, правящая коалиция во главе с Нетаньяху, сохраняет 49 мест в Кнессете, тогда как оппозиционный блок потенциально получает 61 мандат без учета арабских партий.
Безусловно, общественное мнение переменчиво. До выборов еще несколько месяцев — они, вероятнее всего, пройдут 20 октября. За это время ситуация в сфере безопасности и обстановка в регионе могут поменяться кардинально в любую сторону.
Но пока оппозиция припоминает Нетаньяху, что он когда-то утверждал: израильский премьер-министр должен уметь говорить «нет» даже президенту США и, мол, он — единственный, кто это умеет. Теперь убедить израильтян, что это действительно так, весьма затруднительно.
Здесь невозможно не вспомнить президента Украины Владимира Зеленского, который при первой встрече с Трампом не согласился с его идеями и стал возражать. Но ситуации всё же несколько разнятся. В случае с Украиной у Трампа не было личных интересов. В случае прекращения огня между Киевом и Москвой он обрел бы лавры миротворца, но и ничего не потеряет в случае неудачи. Подумаешь, обещал решить вопрос за три дня... От действий же Израиля в Ливане зависит реализация договора США и Ирана, в первую очередь в том, что касается открытия Ормузского пролива. А это прямой интерес Трампа. Потоки нефти, цифры на бирже и настроения избирателей — то, что ему сейчас действительно важно.
На фоне переговоров США и Ирана израильские власти заявляют, что не собираются сейчас выводить войска из Ливана. Однако сокращение сил возможно. По просьбам/требованиям Вашингтона периодически отдаются указания о снижении интенсивности боевых действий или их приостановке. Правда, тут нужно добавить, что «Хезболла» всегда дает повод возобновить атаки. Сколько так может продолжаться, неизвестно. Вернее, неизвестно, кто выведет из себя Трампа скорее — Израиль или Иран с «Хезболлой».
Часть израильских экспертов считает, что может быть не так уж плохо последовать логике США, раз уж нет другого выхода. В конце концов разоружение «Хезболлы» возможно только силой, и это требует длительной оккупации Ливана. Израильская армия истощена почти тремя годами войны на нескольких фронтах. Нужно пополнить арсеналы, дать отдохнуть людям.
Поэтому звучат советы: не вступать в открытую конфронтацию с Трампом и при этом попытаться сохранить свободу действий на юге Ливана — продолжить демонтаж инфраструктуры «Хезболлы», предотвращать обстрелы и проникновения на свою территорию. Параллельно нужно действовать в союзе с правительством Ливана, которое в кои-то веки настроено против «Хезболлы». Необходимо дать Бейруту возможность создать подразделения ливанской армии, которые были бы способны противостоять шиитской группировке и контролировать ситуацию на земле. Не помешает и стать частью дипломатического процесса наравне с арабскими странами и попытаться вновь вытеснить Иран из легитимного поля.
В теории всё это возможно. На практике — Иран и «Хезболла» пока ведут в счете. В целом, всё снова упирается в иранский режим и в то, получит ли он ресурсы на восстановление. В Израиле полагают, что если не сейчас, то новый виток противостояния с Ираном всё равно неизбежен. Вопрос лишь, в каком состоянии все стороны придут к этому дню. Будут ли извлечены уроки этой войны? Будет ли выстраиваться стратегия свержения режима аятолл, чтобы не ввергнуть регион в хаос, или же будет сделана ставка на диалог с властями в Тегеране, какими бы они ни были?
Для Израиля второго варианта не существует. Трамп же пока верит в силу сделок и действенность своих угроз.
