Россиянин Артём Косолапов, подавшийся на убежище в США и задержанный в Арканзасе 23 августа, вышел на свободу. Об этом сообщил The Insider один из основателей организации Russian Refugee Foundation Сергей Власов. Косолапов, который больше месяца провел в миграционной тюрьме (детеншен), рассказал The Insider о подробностях своего задержания и условиях содержания в заключении.
Артёма Косолапова американские власти задержали 23 августа, когда тот ехал за рулем минивэна, на котором перевозил коммерческий груз. Больше месяца он провел в миграционной тюрьме, оказавшись под серьезным риском депортации, пока его жена Ольга вместе с маленьким ребенком оставалась дома почти без средств к существованию. Как сообщил The Insider правозащитник Власов, 1 октября Артёма выпустили из детеншена под залог в $15 тысяч, преимущественно собранных активистами. Часть из этих денег семье еще предстоит вернуть.
Оказавшись на свободе, Артём Косолапов рассказал The Insider подробности своего задержания и пребывания в тюрьме:
«Меня остановил Highway Police Department. На меня надели наручники, после чего около часа мы ждали эвакуатор, который должен был забрать мою рабочую машину. У сотрудника была собака. Он сказал мне не дергаться и не усугублять ситуацию. Я не сопротивлялся и выполнял все требования, хотя наручники были затянуты так, что руки очень сильно болели».
После проверки документов и задержания россиянина отправили в детеншен. При этом сначала, как уточнял Власов, Косолапова повезли в тюрьму в Луизиане, которая оказалась переполнена, поэтому его перевели в другой центр. Артём рассказал:
«Условия были очень тяжелыми. В помещении, где я находился, содержалось около 105 человек, но периодически привозили еще людей. В какой-то момент примерно 20 человек спали просто на полу.
В помещении было очень холодно. Спать приходилось на холодной железной кровати на очень тонком матрасе, и выдавали только один тонкий бланкет. Помещение практически не проветривалось, дневного света не было вообще. Туалеты и душевые находились прямо там же, где мы спали. Нормальная уборка проводилась примерно раз в неделю самими заключенными, в остальное время убирали сами, кто хотел и мог. Практически все работы внутри выполняли сами заключенные. Ребята, которые там работали, говорили, что им платили около одного доллара в день. На прогулки выводили очень редко.
Постоянно стоял сильный шум, нормального отбоя не было, поэтому полноценно спать и отдыхать было практически невозможно.
Очень многие болели. Я сам болел практически все время, была высокая температура. Когда мы обращались за медицинской помощью, насколько я видел, заболевшим часто давали одни и те же таблетки. Мне толком не объясняли, что именно это за препарат. После этих таблеток меня очень сильно клонило в сон. Сейчас, уже после освобождения, у меня до сих пор не проходит сильный кашель.
Питание было плохим и очень однообразным. Практически каждый день давали кукурузу. Среда у нас считалась почти праздничным днем, потому что раз в неделю давали куриную голень. Горячих напитков не было вообще — только холодная вода».
Артём признаётся: ощущения, что опасность отступила, у него нет. По его словам, после пережитого чувствовать себя как раньше пока не получается. К тому же суд обязал его носить GPS-браслет. Он отметил:
«GPS-браслет — это дополнительный постоянный стресс. Я все время переживаю, правильно ли он работает, достаточно ли заряжен, не произойдет ли какая-то техническая проблема и не будет ли это воспринято как нарушение. Даже находясь дома с семьей, сложно почувствовать себя свободным и перестать ждать, что что-то снова может произойти.
Конечно, я очень рад, что наконец вышел и вернулся к семье. Но сейчас я чувствую себя плохо и физически, и эмоционально. У меня до сих пор сильный кашель, я эмоционально подавлен. После произошедшего появился страх при виде полиции.
Но больше всего меня мучает вопрос, что именно мы должны были сделать иначе. Мы изначально занимались своими иммиграционными документами вместе с адвокатом, подавали необходимые заявления и старались следовать закону и юридическим рекомендациям. Поэтому после всего произошедшего я до сих пор не понимаю: как именно нужно было поступить с документами и статусом, чтобы не оказаться в такой ситуации?»
Россиянин добавил, что сейчас его основной план — восстановиться, побыть рядом с женой и маленьким сыном, а затем вернуться к работе, «насколько позволят условия освобождения, и продолжать свое иммиграционное дело законным путем».
Как ранее пояснял The Insider Власов, у попавших в детеншен резко возрастает риск депортации, поскольку дело об убежище в этом случае переходит к рассмотрению судьями при тюрьмах, которые, как правило, не склонны вставать на сторону просителя.
Семья Косолаповых приехала в США по визам в 2022 году и подала заявление на убежище. Ольга — антивоенная активистка, которая не только выходила на акции протеста в поддержку Украины, но и участвовала в волонтерской помощи украинцам.
В июле в США был поставлен рекорд по задержанию иммигрантов — почти 50 тысяч человек. В том же месяце был поставлен рекорд по депортациям: из США были выдворены почти 34 тысячи человек. Адвокаты и правозащитники отмечают, что администрация Дональда Трампа сменила подход к задержанию иностранцев: если раньше арест производила группа из 10–12 офицеров ICE, то теперь пара полицейских просто останавливает машину на дороге и задерживает человека. Из-за этого прохожим зачастую трудно понять, проводит ли полицейский рядовую проверку машины или осуществляет иммиграционный арест. Именно таким образом был задержан и Артём Косолапов.
