Испанские власти заявили, что им удалось развернуть многотысячный поток мигрантов, который направлялся в испанский эксклав Сеута из Морокко. Как сообщает Reuters, марроканские силовики применяли слезоточивый газ и дубинки, стараясь не допустить перехода еще большего количества людей через границу.
Что случилось
С четверга, 30 июля, границу испанского эксклава Сеута со стороны Марокко пересекли около 50 тысяч человек — такую оценку привело МВД Испании. Глава автономного города Хуан Хесус Вивас назвал цифру в 60 тысяч, то есть больше половины населения эксклава, где живут около 83 тысяч человек. При попытке перейти границу, по последним данным, погибли по меньшей мере 57 человек. Часть людей утонула, пытаясь обогнуть вплавь мол Тарахаль, часть погибла в давке на подходе к нему.
Основной поток пришелся на четверг, 30 июля. Большинство тех, кому удалось перейти границу, сделали это до полудня. Люди шли по мелководью вдоль берега, перелезали через заграждение и плыли вокруг мола, а полиция и Гражданская гвардия в самом городе почти не вмешивались — часть сотрудников лишь направляла прибывших в центр приема мигрантов. Ассоциация Гражданской гвардии AUGC заявила, что в момент прорыва у забора было слишком мало полицейских, чтобы остановить поток.
К пятнице, 31 июля, МВД Испании заявило о развороте людского потока и оценило число добровольно вернувшихся в Марокко в 25 тысяч человек, а также распространило видео, на котором люди уходят обратно через дверь в пограничном заборе (уже после выхода материала El Pais сообщила о том, что 48 300 мигрантов из 50 тысяч вернулись обратно). Мадрид перебросил в Сеуту армию и дополнительные силы полиции, испанская военная техника выстроилась вдоль границы. Марокканская полиция в защитном снаряжении разгоняла толпу дубинками, слезоточивым газом и водометами, около 30 молодых людей были задержаны. На марокканской стороне остались сгоревший автобус и семь автомобилей. Испанский премьер-министр Педро Санчес прилетел в Сеуту, где его встретили оскорблениями протестующие, и назвал произошедшее «посягательством на территориальный суверенитет Испании». Он также заявил, что репатриация ускоряется при полном содействии Марокко.
Возвращавшиеся объясняли свое решение отсутствием еды и жилья. «Честно говоря, я даже не знаю, зачем приехал, а теперь возвращаюсь», — сказал Reuters молодой марокканец из Танжера.
Почему это случилось
МВД Испании возложило ответственность на сети торговцев людьми, которые, по формулировке ведомства, «эксплуатируют решение Верховного суда, чтобы стимулировать поток нелегальных мигрантов». Речь идёт о постановлении Верховного суда Испании, которое запретило применять процедуру ускоренного возврата к тем, кого перехватывают в море при попытке добраться до Сеуты или Мелильи. Само решение не легализовало нелегальный въезд, но, как сообщала испанская телерадиокомпания RTVE, разошлось по марокканским соцсетям и подтолкнуло людей плыть в Сеуту. Представитель Гражданской гвардии рассказывал Reuters, что после постановления поток нарастал медленно, а 30 июля произошел резкий наплыв мигрантов.
Решение суда основывается (1, 2) на конкретном инциденте, произошедшем в ноябре 2024 года. Тогда гражданина Алжира, который вместе с двумя другими людьми пытался доплыть до Сеуты, испанская Гражданская гвардия перехватила в открытом море и сразу передала марокканским властям, применив к нему «отказ на границе» — процедуру, известную как «горячий возврат». Мужчина оспорил это в суде — суд Сеуты и затем Высший суд Андалусии встали на его сторону, а кассационную жалобу государственной адвокатуры Верховный суд отклонил. Спор шел о толковании десятого, дополнительного положения закона об иностранцах, которое вводит особый режим для Сеуты и Мелильи и разрешает немедленно отказывать во въезде тем, кого застали в момент попытки «преодолеть элементы пограничного заграждения». Судьи сочли, что заплыв по морю под это определение не подпадает, поскольку воду нельзя приравнять к физическому заграждению вроде забора, а дроны, тепловизоры и датчики выполняют функцию наблюдения и обнаружения, но никого физически не останавливают.
Таким образом, к перехваченным в открытом море теперь должна применяться обычная процедура возврата по статье 58.3 того же закона, с правом на адвоката, переводчика и возможностью подать прошение о международной защите. Она может тянуться месяцами, и именно этот факт, по версии испанских властей, использовали сети торговцев людьми, убеждая их, что доплыть до Сеуты равносильно легализации. При этом суд оставил оговорку — если бы государство установило в море настоящие заградительные сооружения, особый режим мог бы распространиться и на тех, кто пытается преодолеть уже их, но пока таких сооружений не существует.
Министр территориальной политики Анхель Виктор Торрес назвал решение суда одним из вероятных факторов, подтолкнувших мигрантов к переходу границы. Опрос 500 молодых людей в Танжере, Тетуане и Эль-Хосейме, проведенный марокканской правозащитной организацией Observatorio del Norte de Derechos Humanos, зафиксировал соцсети как один из драйверов нелегальной миграции с севера Марокко — аккаунты в TikTok и Instagram романтизируют удачные переходы границы.
Обсуждается и поведение марокканских властей. Как отмечал в интервью Associated Press Ашраф Маймуни, член Марокканской ассоциации по правам человека, на севере Марокко сложилась «исключительная» ситуация. Он сказал, что граница была открыта «при необычных обстоятельствах», что и позволило большому потоку людей ее пересечь. Марокканские власти отвергают эту версию и ссылаются на ежедневные перехваты сотен людей, сложную обстановку на море, социально-экономические причины и то же решение испанского суда. Однако исполнительный директор Центра современных арабских исследований Хайзам Амира Фернандес считает, что нынешний наплыв вряд ли был бы возможен без молчаливого согласия марокканских властей.
Массовый переход через границу произошел через неделю после визита Педро Санчеса в Алжир, где тот объявил о «новом этапе» отношений и договаривался о поставках газа. Хайзам Амира Фернандес видит здесь слишком заметное совпадение по времени — Марокко трактует сближение Испании с Алжиром как ущерб своим интересам. По его словам, «разумно предположить, что в Рабате <столица Марокко> этот визит премьера Санчеса восприняли плохо». Впрочем, испанский МИД публично называет отношения с Марокко «превосходными», а в самой этой стране подтвердили договоренность о репатриации тех, кто попал в Сеуту незаконно.
Попадание в эксклав при этом не открывает дорогу в Европу. Сеута отделена от материковой Испании морем, и въезд в город не гарантирует ни перехода на европейский материк, ни права остаться в стране — каждое дело рассматривается отдельно. Если немедленный отказ на границе не применяется, для человека запускается процедура возврата с адвокатом, переводчиком и собеседованием, формально рассчитанная на 72 часа, но из-за нехватки ресурсов этот срок при массовом наплыве срывается.
Тахани Брахма, член административной комиссии Марокканской ассоциации по правам человека (AMDH) и генеральный секретарь парижского отделения организации, рассказала The Insider, что происходящее — прямое следствие несостоятельности марокканского государства, также оговорившись, что Сеута и Мелилья — оккупированные марокканские города под испанским управлением колониальной эпохи, что также является частью проблемы:
«Это не стихийное и не второстепенное явление, а прямой результат провала марокканского государства, которое не сумело обеспечить достойную жизнь значительной части населения — прежде всего молодежи. Сохраняющиеся безработица, нестабильность и территориальное и социальное неравенство толкают всё большее число граждан и мигрантов рисковать жизнью ради лучшего будущего».
Как отметил в беседе с The Insider африканист, пожелавший остаться анонимным, такие кризисы случаются часто еще и потому, что Марокко считает своей территорией Западную Сахару, которая борется за независимость:
«Кто признаёт Западную Сахару, тот враг Марокко. В 2020 году в ситуацию вмешался Трамп и признал марокканский суверенитет над этой территорией. Евросоюз же его не признаёт, и Марокко очень недовольно ЕС. Отправить несколько тысяч мигрантов для Марокко — способ дипломатического давления. То же самое было в 2021 году, когда за два дня по морю пересекли границу 8 тысяч человек, тогда отправили армию — и людей вернули. Проблема была только с несовершеннолетними, потому что по законам ЕС детей нельзя автоматически выслать в страну, откуда они пришли.
Нынешний кризис гораздо хуже, счет идет не на 8 тысяч, а на несколько десятков тысяч. Помимо прочего, мафиозные группы, которые организуют мигрантов, распространили слух, что переплывшего по морю вернуть вообще невозможно. Кончилось это чудовищным гуманитарным кризисом — люди утонули, а что будет с детьми, которых они также брали с собой, неизвестно».
Бывало ли такое раньше
Сеута и Мелилья — единственные сухопутные границы Евросоюза с Африкой, и всплески переходов там происходят регулярно. Крупнейший прецедент — май 2021 года, когда за несколько дней в Сеуту вплавь и через забор попали более 8 тысяч человек, включая около 1,5 тысячи несовершеннолетних. Тогда Марокко ослабило контроль на фоне конфликта с Мадридом из-за лечения в испанской больнице лидера Фронта Полисарио Брагима Гали, который добивается независимости Западной Сахары от Марокко, и министр обороны Испании обвинил Рабат в шантаже. В 2016–2017 годах сотни выходцев из стран Африки штурмовали заграждение группами по 400–800 человек. В сентябре 2024 года марокканская полиция три ночи подряд разгоняла молодежь у границы, а спецслужба DGSN сообщала о задержании 60 человек за подстрекательство к массовому переходу. Однако нынешний прорыв стал крупнейшим с 2021 года.
Рост числа попыток перехода границы фиксировался и до июля. По данным за отчетный период 2026 года, сухопутных прибытий в Сеуту насчитали 2582 против 978 годом ранее, то есть рост составил 164%. За неделю до прорыва в город вплавь добрались около 1,5 тысячи человек, из-за чего Вивас говорил о гуманитарном и социальном кризисе.
Как отреагировали в мире
Италия потребовала приостановить участие Испании в Шенгене. Премьер Джорджа Мелони заявила о готовности пойти на чрезвычайные меры для защиты границ, а глава МИД Антонио Таяни сказал, что решение испанского Верховного суда «поощрило торговлю людьми», после чего Мадрид вызвал итальянского посла. Франция усилила контроль на границе с Испанией — министр внутренних дел Лоран Нуньес распорядился сделать это немедленно. Формально страны ЕС не могут проверять внутренние границы Шенгена, но временно это допускается при исключительных обстоятельствах, и у Франции есть разрешение, которое она продлевает каждые полгода с 2015 года.
Однако стоит отметить, что хотя Сеута является частью Испании, она имеет специальный статус в рамках Шенгенского соглашения. В ее порту и вертолетном порту действует паспортный и идентификационный контроль, осуществляемый Национальной полицией и Гражданской гвардией.
Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен назвала кадры из Сеуты неприемлемыми и заявила, что никто не может попасть в ЕС в обход правил. Лидер испанской Народной партии Альберто Нуньес Фейхоо назвал ситуацию кризисом национальной безопасности, глава правой оппозиционной партии Vox Сантьяго Абаскаль — вторжением. Марин Ле Пен пообещала в случае победы на выборах ограничить свободу передвижения в Шенгене гражданами европейских стран. Кадры из Сеуты использовали и в Белом доме — двое высокопоставленных сотрудников администрации Дональда Трампа сопроводили видео заявлениями против иммиграции.
К вечеру пятницы Марокко и Испания договорились как можно быстрее вернуть всех, кто попал в Сеуту незаконно, а власти самого эксклава требуют срочно изменить закон об иностранцах, чтобы вернуть возможность немедленного отказа на границе и перевозить взрослых и несовершеннолетних в другие автономные сообщества Испании. Сколько нелегалов в итоге останется в городе, пока неизвестно — процедура возврата не распространяется на просителей убежища и требует отдельных решений по несовершеннолетним и по тем, кто не имеет марокканского гражданства.
