Число подтвержденных случаев заражения лихорадкой Эбола в Демократической Республике Конго превысило 500, сообщает Bloombeg. Власти фиксируют массовые побеги пациентов из изоляторов и не справляются с отслеживанием контактов заболевших.
По данным Национального института общественного здравоохранения ДРК, к 6 июня в стране было зарегистрировано 515 подтвержденных случаев заражения и 91 смерть. За предыдущие сутки выявлено 27 новых заражений и четыре летальных исхода — все в провинции Итури, где сосредоточено около 95% вспышки. Соседняя Уганда сообщила о 19 подтвержденных случаях, включая две смерти.
Контроль над распространением вируса осложняется нехваткой реагентов для тестирования — например, в провинции Северное Киву в очереди на анализ находятся 193 лабораторных образца. Параллельно власти расследуют 117 предполагаемых случаев заражения. Вспышка вируса штамма Бундибугйо охватила более двух десятков медицинских зон в трех восточных провинциях страны.
Отмечается, что серьезным препятствием для борьбы с распространением вируса остается противодействие местных общин: с 4 июня из учреждений для лечения и изоляции больных сбежали не менее 30 человек с подозрением на Эболу или подтвержденным диагнозом. Главная причина — нехватка ухода, в том числе полноценного питания. Власти также не справляются с отслеживанием контактов заразившихся. По всей стране удается охватить лишь около половины выявленных контактов при целевом показателе в 95%, необходимом для надежного разрыва цепочек передачи. В провинции Итури этот показатель упал до 43%.
Шестого июня были объявлены выздоровевшими трое пациентов — всего с начала вспышки из заболевших выжили 12 человек. Основными очагами передачи вируса остаются города Буния, Рвампара и Монгбвалу.
Армaн Спрехер, эпидемиолог организации «Врачи без границ», рассказал The Insider, почему вакцина для этого конкретного штамма вируса не была разработана вовремя:
«Этот конкретный вирус появлялся лишь дважды до нынешней вспышки. Он имел меньший приоритет по сравнению с другими штаммами. Существовали противоречивые данные о возможной перекрестной защите, возникающей от уже имеющейся вакцины. Люди рассуждали примерно так: „Ладно, займемся другими вирусами, этот проявляется редко“.
У нас есть несколько промежуточных вакцин, существуют лабораторные образцы, мы проводим эксперименты, но нет партии, которую можно вводить людям. Требования здесь очень высокие — нужно быть уверенными в безопасности».
Он подчеркивает, что в случае таких вспышек медики прежде всего пытаются выстроить доверительные отношения с больными:
«В этих районах Конго предстоит проделать гораздо больше работы, потому что там накопились серьезные проблемы. Нужно идти к лидерам общины, разговаривать с местными жителями. Как только удастся наладить диалог и завоевать хотя бы небольшое доверие, можно начинать говорить о том, что необходимо делать дальше. Это огромная работа, она требует времени, но она важна. Лечение не поможет, если никто не хочет вакцинироваться. Нам нужно отслеживать зараженных, которые не хотят с нами разговаривать. Эта работа продолжается, и кое-какой прогресс есть».
Нил Вора, исполнительный директор коалиции Preventing Pandemics at the Source, отметил в комментарии The Insider, что лихорадка Эбола распространяется не так быстро, как COVID-19:
«Вирусы, вызывающие болезнь Эбола, как правило, не передаются воздушно-капельным путем и поэтому распространяются значительно медленнее, чем вирусы с таким механизмом передачи — например, возбудитель COVID-19. Кроме того, вирусы Эбола не передаются от человека к человеку до появления у зараженного симптомов болезни — в отличие от вируса кори и возбудителя COVID-19».
В то же время Спрехер предупреждает, что выход вспышек заболеваемости за пределы Африки зависит от передвижения зараженных людей:
«Такое уже случалось — во время эпидемии в Западной Африке вспышки добрались до Испании и даже до США. Вирус идет туда, куда едут зараженные люди».
