В 2028 году американские избиратели впервые за 12 лет не увидят Дональда Трампа в бюллетене президентских выборов. Но это не значит, что выборы пройдут без него. Трамп перестроил Республиканскую партию вокруг себя и фактически срастил ее со своим праворадикальным движением MAGA. Поэтому вопрос, кого он хотел бы видеть следующим президентом, в Вашингтоне обсуждают почти так, словно речь идет о назначении преемника. Кандидату, который попытается унаследовать движение Трампа, придется решить почти невозможную задачу: сохранить преданность ядерного электората Трампа, но не принять на себя все издержки его правления. Пока же претендентам нужно не только завоевать расположение президента, но и удержать его, чтобы не пополнить длинный список бывших фаворитов.
Вэнс против Рубио
Битва преемников пока что разворачивается между вице-президентом Джей Ди Вэнсом и госсекретарем Марко Рубио. На данный момент их считают наиболее серьезными кандидатами от республиканцев. При этом, судя по утечкам в прессе, Трамп получает немало удовольствия, наблюдая за конкуренцией подчиненных.
Если в феврале он задавал множеству друзей и знакомых вопрос «Джей Ди или Марко?», то к июню он, похоже, вновь выдвинул Вэнса на первый план. «Президент сейчас говорит: „Джей Ди выглядит отлично, правда?“» — сообщил изданию Axios анонимный источник в Белом доме. Рубио же Трамп вроде бы прочит в будущую команду Вэнса. Впрочем, до выборов динамика между двумя ведущими кандидатами может еще много раз поменяться.
Вэнс, которому 41 год, может претендовать на роль идеологического наследника. Его должность вице-президента — традиционный, хотя и не гарантированный путь к выдвижению в президенты. Вэнс будет рассчитывать на поддержку активистов MAGA и республиканской молодежи, «пост-либералов» и «новых правых». Он, наверное, удержит коалицию Трампа в нынешнем виде, поскольку будет олицетворять преемственность внутри трампистского движения. Главный недостаток Вэнса в том, что он унаследует почти полную ответственность и за недостатки правления Трампа.
В свою очередь, 55-летний Рубио — умелый администратор, сосредоточивший в своих руках куда больше реальной власти, чем Вэнс. Он совмещает посты госсекретаря и и.о. советника президента по национальной безопасности. Заодно он де-факто является своего рода генерал-губернатором Венесуэлы, оказавшейся в зависимости от администрации Трампа после того, как американцы схватили президента Николаса Мадуро.
Рубио популярен среди республиканцев старшего возраста, традиционных консерваторов, внешнеполитических «ястребов» и доноров партии. Если кто и восстановит более традиционную, институциональную Республиканскую партию после Трампа, это будет Рубио.
Его главный недостаток — критика Трампа в прошлом, за которую он теперь расплачивается откровенным подхалимством. По подсчетам New York Times, Рубио льстит Трампу больше, чем кто-либо другой в администрации. Это иногда выглядит как откровенное издевательство. Так, ходят слухи, что Трамп подарил Рубио ботинки не по размеру, в которых тот вынужден ходить на работу.
Рубио льстит Трампу больше, чем кто-либо другой в администрации, иногда это выглядит как откровенное издевательство
Впрочем, Вэнс льстит Трампу лишь немногим реже Рубио, да и ботинки от Трампа у него тоже имеются. Впрочем, об их размере ничего не известно.
Это сильно контрастирует с тем, как в 2016 году Рубио называл Трампа «аферистом» и человеком, которому нельзя доверить ядерный арсенал. Вэнс был еще резче: он называл Трампа «идиотом» и сравнивал его с Гитлером. Они оба сейчас предпочитают не вспоминать об этих словах.
За нынешними ролями, которые усвоили Рубио и Вэнс, скрываются сложные биографии и характеры. Обоим для сближения с Трампом пришлось заново «изобрести» себя. Так что, придя к власти, и тот и другой могут серьезно трансформировать «трампизм». Но сейчас иного пути, кроме как угождать шефу, у них нет.
История «детей»-католиков
По слухам, Трамп называет Вэнса и Рубио просто «детьми», подчеркивая снисходительно-унизительное отношение к нынешним фаворитам. Но они далеко не дети, если судить по их карьерам.
Рубио — сын иммигрантов с Кубы: уборщицы и работника казино. В детстве он, прежде чем вернуться в лоно традиционного для латиноамериканцев католичества, несколько лет жил среди мормонов.
В юности он надеялся стать профессиональным спортсменом и женился на девушке из команды чирлидеров. До самого избрания в Сенат он жил едва ли не на грани банкротства. Например, на нем висел долг около $100 тысяч — образовательный кредит, оставшийся с университета. Лишь аванс в 800 тысяч за политические мемуары помог ему справиться с финансовыми проблемами.
Рубио был одним из главных оппонентов Трампа на выборах 2016 года и даже получил от него презрительную кличку «маленький Марко». Кстати, в бытность сенатором именно этот политик настойчиво требовал от властей обнародовать засекреченную информацию об НЛО, что сейчас и делает администрация Трампа.
Вэнс родился в неблагополучной семье, жившей в «ржавом поясе» обедневших промышленных центров. На протяжении карьеры он дважды менял фамилию. Вначале от отца к отчиму, а затем вернулся к фамилии деда. Начав карьеру журналистом в Корпусе морской пехоты США, Вэнс закончил престижный Йельский университет, где встретил свою будущую жену — дочь индийских иммигрантов.
Его книга о трудном детстве «Элегия хиллбилли» была экранизирована еще до начала политической карьеры Вэнса. Он работал в биотехнологической сфере и основал инвестиционную фирму, которую назвал Narya Capital в честь кольца волшебника Гэндальфа из «Властелина колец».
Вэнс, как и Рубио, католик, но он обратился в католицизм уже в сознательном возрасте. В 2022 году Вэнс был избран сенатором от Огайо, а уже в следующем году довершил стремительный политический взлет, став кандидатом Трампа в вице-президенты.
Вэнс и Рубио пребывают в фаворе у Трампа. Но не следует забывать, что сам Трамп непостоянен в своих предпочтениях. По состоянию на конец первого срока Трампа больше 90% из его топ-назначенцев уже покинули его команду. Это рекорд даже по американским меркам, где смена высших чинов проходит относительно быстро.
Например, Трамп сейчас не хочет и слышать о своем бывшем вице-президенте Майке Пенсе и о прежних фаворитах — экс-госсекретаре Майке Помпео и экс-посланнице при ООН Никки Хейли. За полтора года нынешней администрации постов лишился целый ряд высших чиновников: от помощника по нацбезопасности Майка Уолтца и министра внутренней безопасности Кристи Ноэм до генпрокурора Пэм Бонди и директора национальной разведки Тулси Габбард. Все они начинали как звезды республиканской администрации и стали жертвами скандалов.
Так что, как бы лояльны ни были Рубио и Вэнс, личная преданность в мире Трампа — это лишь необходимое требование, но совсем не гарантия выживания. Фавориты должны оставаться полезными, избегать гнева Трампа и неизменно подстраиваться под бесконечную смену его стратегии, производимую порой по несколько раз в неделю.
Конкуренты поневоле
Статус фаворитов диктует Вэнсу и Рубио логику борьбы друг с другом. Война с Ираном дала шанс проявиться этим противоречиям. Глава Госдепартамента — давний внешнеполитический «ястреб» и последовательный сторонник политики Израиля — стал едва ли не публичным лицом военной кампании. Напротив, Вэнс, хоть и поддержал решение Трампа начать войну весной этого года, но позаботился о том, чтобы информация о его скептическом к ней отношении просочилась в прессу. Тем не менее, а может быть именно за это Трамп назначил его на незавидную должность главного переговорщика с Ираном.
Кроме того, Вэнс вслед за своим шефом вступил на рискованный путь критики правительства Израиля, что некоторыми представителями американского правящего класса до сих пор отождествлялось с антисемитизмом. Например, Вэнс заявлял, что удары Израиля по гражданской инфраструктуре Ливана подрывают мирные переговоры. Рубио же поддерживал власти Израиля даже несмотря на то, что на тот момент он расходился во взглядах с начальством.
Война с Ираном однако затянулась, и исход ее неясен. Так что она не помогла определить победителя в этой борьбе за влияние. Напротив, она поочередно усиливала обоих. Рубио был «на коне» во время активных военных действий, тогда как дипломатический перерыв вывел на первые позиции Вэнса.
Война с Ираном не помогла определить победителя в борьбе Рубио и Вэнса за влияние
Это может, кстати, повлиять и на финансирование в будущем как самих фаворитов, так и Республиканской партии в целом. В частности Рубио поддерживают доноры республиканцев, христиане-евангелисты и внешнеполитический истеблишмент, которые по разным причинам поддерживают Израиль. В то же время Вэнс популярен среди более молодых сторонников лозунга America First, в рядах которых растет негативное отношение к политике Израиля.
Впрочем, это частности. Главная же проблема в том, что затяжная война становится миной замедленного действия для обоих претендентов: к концу июля ее поддерживала всего треть американцев. И любому из преемников Трампа будет трудно отбиться от обвинений в «соучастии».
Преемники по должности
Кто бы ни стал преемником Трампа в бюллетене, ему придется расхлебывать последствия работы нынешнего президента США. Многие его политические начинания обернулись либо полным фиаско, либо падением популярности, политическим ущербом и уроном для репутации республиканцев.
Ввозные пошлины, введенные против всего мира, были де-факто демонтированы Верховным судом. Политика массовых депортаций, изначально поддержанная избирателями, привела к публичным облавам и гибели целого ряда людей от рук иммиграционной полиции, что вызвало резкое недовольство в обществе. Концентрация власти в руках президента обернулась массовыми протестами с девизом «Нет королям!» (No Kings!). Переговоры о мире в Украине ни к чему не привели. И даже война с Ираном оказалась настолько затяжной и неудачной, что стала самым непопулярным конфликтом за многолетнюю историю опросов в США.
Формально и Рубио, и в особенности Вэнс могут претендовать на роль преемника Трампа по должности. Госсекретарь считается наиболее влиятельным членом кабинета. А вице-президент не имеет четко очерченных Конституцией полномочий, но по должности председательствует в Сенате и замещает главу государства в случае смерти или недееспособности.
Шесть бывших госсекретарей избирались президентами, хотя с XIX века этого и не случалось. Так, крайне влиятельная Хиллари Клинтон не смогла избраться президентом после работы во главе внешнеполитического ведомства.
Вице-президенты США нередко становились президентами — аж 15 раз. Правда, восемь из них изначально возглавили страну не по итогам выборов, а вследствие смерти шефа. Еще один, Джеральд Форд, получил повышение после отставки Ричарда Никсона. Так что, в целом, лишь четыре человека были избраны на высшую должность с поста вице-президента.
Со времен Эйзенхауэра только один уходящий после второго срока президент смог помочь своему вице-президенту избраться: это был Рональд Рейган, которому на смену пришел Джордж Буш-старший. Всем остальным это не удавалось. Вице-президент Ричард Никсон проиграл выборы в 1960 году и долгие восемь лет ждал нового шанса победить.
Эл Гор, вице-президент Билла Клинтона, проиграл с минимальным отрывом в 2000 году, а одобренный Джорджем Бушем-младшим сенатор Джон Маккейн по всем статьям проиграл Бараку Обаме в 2008 году. Ставленницы президентов-демократов Хиллари Клинтон и Камала Харрис проиграли Трампу в 2016 и 2024 годах.
Картину, правда, усложняет то, что и Гор, и Клинтон выиграли по количеству голосов избирателей и проиграли лишь в коллегии выборщиков благодаря непрямой системе избрания президента. Однако система остается неизменной, так что вице-президентская должность не гарантирует не только избрания президентом, но даже и выдвижения от собственной партии.
При этом личную популярность передать нелегко, о чем может свидетельствовать пример таких президентов, как Эйзенхауэр, Клинтон и Обама: поддержанные ими кандидаты проиграли выборы. А вот непопулярность, похоже, передается от президента к кандидату. Недавние примеры — республиканец Джон Маккейн и демократка Камала Харрис не смогли выйти из тени непопулярных президентов.
Маккейн проиграл Обаме на фоне масштабного финансового кризиса и непопулярной войны в Ираке. Харрис пришлось тяжело в 2024 году, когда демократы фактически вынудили Байдена сняться с выборов после фиаско на дебатах с Трампом. Она пыталась присвоить себе заслуги администрации Байдена и отмежеваться от ее провалов, но потерпела оглушительную неудачу.
Засадный полк кандидатов
Число потенциальных кандидатов 2028 года не ограничивается только «очевидными» преемниками. Целый ряд политиков со «скамейки запасных» Республиканской партии надеются получить определенные шансы, если вдруг каприз Трампа и статус его нынешних фаворитов окажутся не единственным фактором будущих праймериз. Заявлять о потенциальном выдвижении сейчас слишком рано. Но есть набор действий, который может послужить подтверждением президентских амбиций.
Например, сенатор-либертарианец Рэнд Пол уже посетил Айову и Южную Каролину — первые штаты в республиканском календаре праймериз. Пол — один из немногих республиканцев, открыто выступающих против бюджетных инициатив Трампа. В Айову и Северную Каролину направляется и экс-губернатор Вирджинии Гленн Янгкин, который в последнее время налаживает связи в ведущих консервативных штатах.
Еще один критик Трампа, губернатор Джорджии Брайан Кемп, «засветился» на встречах с крупными донорами в Калифорнии, Техасе и Флориде. Губернатор Арканзаса и экс-пресс-секретарь Трампа Сара Хакаби Сандерс ожидается в Айове в ближайшее время и уже посетила такие штаты, как Теннесси и Техас. Довольно активно занимаются продвижением своего политического бренда сенатор от Техаса Тед Круз, который был последним внутрипартийным конкурентом Трампа на праймериз перед выборами 2016 года, и единственный на данный момент афроамериканец-республиканец в Сенате Тим Скотт.
Тяжесть наследства Трампа дает непричастным к его администрации шанс перехватить власть в 2028 году
Не исключено, что в борьбу включится также экс-губернатор Южной Дакоты Кристи Ноэм. До того, как Трамп принял ее отставку с поста министра внутренней безопасности, она активно рекламировала себя на деньги налогоплательщиков. Экс-кандидат в президенты, бизнесмен Вивек Рамасвами баллотируется в губернаторы важного штата Огайо, а Рон Десантис — уже управляет ключевым штатом Флорида.
Наконец, не объявили о своих планах бывшие фавориты Трампа — экс-госсекретарь Майк Помпео и экс-губернатор Южной Каролины Никки Хейли. Тяжесть наследства, которое гарантированно оставит нынешний президент США, дает тем, кто не причастен к его администрации, небольшой шанс перехватить номинацию в 2028 году, и именно поэтому нельзя полностью списывать со счетов никого из перечисленных.
Время еще есть — до выборов больше двух лет. Тот же Вэнс может, как предыдущий вице-президент Трампа Майк Пенс, потерять влияние, а Марко Рубио — даже и пост главы Госдепартамента, как это случилось с Рексом Тиллерсоном, руководившим американским внешнеполитическим ведомством менее года в первое президентство Трампа. И даже если они останутся в нынешнем статусе, им всё равно не гарантирована поддержка даже нынешних лояльных избирателей-республиканцев.
Зато тяжелое наследство президентства Трампа обязательно повлияет на восприятие кандидатуры любого из них. Так что «наследника» определяет не формальный статус, а политическая конъюнктура, личная популярность и лишь затем — поддержка уходящего президента. Как бы ни была сильна власть Трампа в партии, судьбу президентской номинации решат всё же избиратели.
